Госсобственность не далась в частные руки

План приватизации за 2009 год провален. От продажи госсобственности в казну поступило менее 2 млрд рублей — в 6 раз меньше прогнозируемого. Причина очевидна: чиновники, управляющие госимуществом, ни за что не расстанутся с таким источником извлечения статусной ренты.

Прошедший год оказался самым сложным для Росимущества с точки зрения условий проведения приватизации, признался глава Росимущества Юрий Петров, выступая в среду на правительственном часе в Госдуме. Виноват в этом, конечно же, глобальный экономический кризис, ухудшение финансового положения потенциальных инвесторов, полагает чиновник.

Впрочем, Росимущество пыталось спасти ситуацию доступными ему средствами. Были внесены коррективы в порядок проведения аукционов. Например, отменили повторные аукционы непроданного имущества. Отказались и от продажи объектов с понижающейся ценой. Как, собственно, и напутствовал приватизаторов премьер Владимир Путин. Он считает, что приватизация не может быть ни бесплатной, ни льготной. «Если федеральное имущество и должно продаваться, то только по реальным рыночным ценам, без всяких скидок», — высказался Путин на одном из заседаний правительства.

Итог все равно оказался более чем скромным: в 2009 году от приватизации госсобственности было выручено 1 млрд 930 млн руб. При прогнозном плане в 12 млрд руб.

Правительство регулярно принимает планы приватизации с 2003 года и столь же регулярно их срывает. Так, в 2006 году задание по продаже госсобственности составляло 40 млрд руб., но было осуществлено лишь наполовину. В 2007 году план был выполнен на 45%, немного лучше ситуация была в 2008 году — власти справились с планом на 60%. Лучший результат Росимущество показало в 2005 году — в казну перечислено 35 млрд рублей. Но и этот показатель составил лишь 80% плана.

Кризис действительно виноват в срыве плана приватизации, согласны эксперты. Но лишь отчасти. «В кризисные годы произошло заметное снижение инвестиционной активности. У большинства потенциальных профильных покупателей просто не было необходимых средств для приобретения работающих госактивов, а институциональным инвесторам сейчас более интересно приобретать подешевевшие рыночные активы», — говорит руководитель проекта БСС «Система главбух» Елена Рахимова.

До кризиса государству очень не хотелось расставаться с собственностью, а теперь, как оказалось, удачный момент для продажи упущен. «А продавать госсобственность за бесценок значит обрекать себя на постоянные упреки в разбазаривании народного добра»,

— говорит руководитель практики госконсалтинга ООО «Бизнес Решения» Алексей Калинин.

Как правило, к приватизации предлагаются не самые эффективные госкомпании — и в плане оборудования, и в плане кадров, поэтому зачастую проще создать аналогичный бизнес с нуля, чем покупать его у государства, называет Рахимова еще одну причину неуспеха в распродаже госсобственности.

«Исключение составляют, может быть, лишь те госкомпании, недвижимость которых является неоспоримым стратегическим ресурсом и которые потом можно выгодно перепродать. Но эти немногие компании, как правило, приватизируются в «особом порядке»,

— намекает Рахимова.

Системной проблемой является плохая предпродажная подготовка приватизируемых предприятий, добавляет председатель комиссии по работе с проблемными активами Ассоциации Российских банков Георгий Писков. «Нужно обеспечить максимальную прозрачность приватизируемого бизнеса, выделить и перегруппировать непрофильные активы, наладить отчетность по международным стандартам, обеспечить внедрение лучших практик в корпоративном управлении. Тогда такой актив будет выглядеть намного более привлекательным», — говорит Писков.

Но главная причина, по которой систематически происходит срыв плана приватизации, еще очевиднее.

«Кураторами всех этих ФГУПов и МУПов являются чиновники во всех министерствах, они извлекают из этого кураторства административно-статусную ренту»,

— говорит руководитель департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев. Не удивительно, что, даже если объект госсобственности попадает в план приватизации, утвержденный правительством, нижестоящий чиновник всегда найдет аргумент, чтобы не продавать его. «Мотивируется это обычно радением за государственные интересы: продавать задешево не будем, а по рыночной цене никто не берет», — говорит Николаев.

Доходы от приватизации, даже если они скромные, лучше всего потратить на стимулирование потребительского спроса или сокращение дефицита федерального бюджета, убежден Николаев.

Эти доходы лучше использовать для инвестиций в долгосрочные инфраструктурные проекты, которые в дальнейшем также могут подлежать приватизации, полагает Писков. Этот процесс необходимо сделать воспроизводимым, поскольку нынешняя динамика строительства инфраструктуры является критичной не просто для роста экономики России, но для ее выживания.

Потратить доходы на латание дыр в бюджете можно, но, как это ни парадоксально прозвучит, в первую очередь вырученные средства нужно направить на создание эффективной системы учёта и управления всем госимуществом, убеждена Рахимова. «Каждый объект собственности, будь это активы госкомпаний или недвижимость, принадлежащая государству, должен быть оценен по рыночной стоимости, быть на балансе у конкретного собственника (государства или бизнеса) и иметь показатели предполагаемой налоговой отдачи», — говорит эксперт.

«Впрочем, не исключено, что власть созреет для продажи долей в «Роснефти» или «Связьинвесте», и тогда за реализацию плана можно не опасаться. Но, пока не закончились средства в Резервном фонде и пока есть возможность заимствовать за рубежом, до продажи лакомых кусков дело не дойдет», — убежден Николаев.